| 520 |
0_ |
a |
Аннотация |
Рассматривается момент художественного прорыва в творчестве Андрея Тарковского, запечатленный в материале фильма «Сталкер». Обосновывается тезис о закономерном прорыве посредством эстетики христианского апокалипсиса к глубинному уровню архаических культурных преставлений, в частности, к интенциям восточной культуры. Герой фильма – Сталкер – это образ современного юродивого, транслирующего некие запредельные истины. При всей очевидности авторской отсылки к творчеству Достоевского и христианскому символизму, Сталкер является духовным наставником в восточном смысле слова. Он помогает людям обнаружить подлинные глубокие желания и обрести настоящую уверенность в себе. Прослеживается глубинный сдвиг восприятия реальности в движении от эстетики Апокалипсиса к подспудно возникающим установкам китайской метафизики. Ключевым текстом, иллюстрирующим указанные реалии, является текст «Дао Дэ Цзин», позволяющий по-новому взглянуть на значения и смыслы духовного поиска, пути к обретению истинного «Я». В статье приводятся различные сюжеты кинотекста, где проявляется символизм «небесного Дао» и интенции восточной культуры в целом [1]. Это и скрытая семантика образов Сталкера и Писателя, черной мистической Собаки; это геометрия и динамика мистической Зоны, ее «полые» пространства, насыщенные символизмом женского начала в противовес мужскому (соотношение Инь и Ян). Эта тема получает интерпретацию в виде «створок дверей», знания проемов зданий, различных «ниш» и потоков воды, сквозящих сквозь «выбоины створок» и «гроты» в стенах. В свою очередь, символы мужского – танки и оружие, древнекитайский символ Великого предела, возникающий на поверхности воды в колодце синхронно с декламацией Сталкером строк из «Дао Дэ Цзин»; даосский числовой символизм в контексте чет-нечет-единое, представленный в геометрии элементов кадра, и т. п. |