Аннотация: Рассматривается экзистенциально значимая проблема «Россия и Европа» в контексте традиции русской философии XIX – первой половины XX вв. Обосновывается ее актуальность с учетом вовлеченности в современную геополитическую ситуацию с развертывающимся противостоянием России и коллективного Запада. Различные варианты разрешения проблемы рассматриваются на примере русской философии, наиболее значимых для ее понимания концепций – Н.Я. Данилевского, П.Я. Чаадаева, И.А. Ильина. Последовательно исследуются цивилизационный, западнический, патриотический и националистический (в духе И.А. Ильина) подходы к интерпретации проблемы. Получает обоснование гипотеза, согласно которой многие идеи и интуиции русских философов нашли свое логическое продолжение в последующей истории России и ее современности. Рассмотрены предложенные русскими философами варианты ответа «клеветникам» и «ненавистникам» России, раскрыто свойственное им критичное отношение к западничеству, «европеизму» (европоцентризму) и распространенной русской «болезни европейничанья». Выделены и проанализированы такие прогрессивные в современном контексте идеи русской философии как полицентризм мирового исторического развития, специфика отдельных цивилизаций (в том, числе российской и европейской), самобытность России как становящегося культурно-исторического типа, уникальность русской идеи, ее принципиальная несводимость к европейским стандартам, а также теоретическое обоснование исторически формировавшегося негативного отношения Европы к России.

Аннотация: В статье, опираясь на философскую антропологию, раскрываются основные угрозы антропологической безопасности, проявляющиеся в трансформационном обществе: быстрые перемены затрагивают социальную, культурную, технологическую и ментальную сферы. Антропологическая безопасность понимается как состояние, при котором человек сохраняет родовые человеческие признаки, личностное единство и способность к самостоятельному действию при внешних влияниях и внутренних изменениях. В центре внимания – философско-антропологический угол рассмотрения, позволяющий понимать безопасность как условие сохранения человеческого измерения, а не как охрану от телесных опасностей. Личностное единство одновременно служит предпосылкой и направлением антропологической безопасности, охватывая биологические, ментальные, культурные и исторические измерения человеческого бытия. Перемены неизбежны, однако часть из них ведёт к обесчеловечиванию: возрастает риск утраты самостоятельности и разрушения механизмов самотождественности. Отсюда следует вопрос о пределах допустимых изменений; при их нарушении подлинные формы существования подменяются искусственными конструкциями. К факторам, нарушающим антропологическую безопасность, относятся социальные и культурные изменения, техногенные процессы, информационно-когнитивные влияния, биотехнологические воздействия, а также культурное растворение, разрушающее межпоколенческую связь и способность придавать смысл. Переход за пределы допустимого влечёт антропологические модификации, способные привести к утрате самостоятельности и замещению способности к самостоятельному действию технологическими или алгоритмическими режимами управления, что ставит под сомнение сохранение человека как уникального явления.

Аннотация: Ввиду диверсифицированности практически-духовного производства актуализируется нетривиальная задача гносеологической экспликации столь значимого сегмента человеческого символического опыта, как религиозное мироопределение. Операциональным каркасом изыскания выступил блок философских (рефлексия), общенаучных (дедукция, индукция, традукция, абдукция), частнонаучных (реконструкция) способов освоения реалий. Показано: традиционные претензии апофеозиса (доктринальное выражение которого: теология – теософия) концептуализировать капитальные темы экзистенциального миростроения когеренцией «частных целей – вечных ценностей» подвергаются эрозии секулярным истолкованием абсолютных жизнезначимых начал. Теодицея замещается Антроподицеей. Продемонстрировано: культивация «себя» и «себя в мире» фундируется в современности не культово-обрядовыми (магическими) техниками, но светским служением родовым «абсолютам».

Аннотация: Рассматривается феномен атрофии мышления в контексте стремительной цифровизации современного общества. Применяется комплексный подход к проблеме атрофии мышления, объединяющий когнитивистику, философию и социологию цифрового общества, раскрывающий причины и последствия атрофии мышления. Анализируются ключевые проблемы, связанные с трансформацией когнитивных процессов, причины, способствующие снижению глубины и критичности мышления, вызванные информационной перегрузкой, поверхностным восприятием и зависимостью от цифровых технологий, предлагаются пути их преодоления через философского осмысление изменений в познавательной деятельности, развития цифровой когнитивной гигиены, критического мышления. Делается вывод о необходимости переосмысления роли мышления в цифровую эпоху, а решение проблемы требует интеграции когнитивных, образовательных и философских подходов.

Аннотация: В статье анализируется феномен патриотизма через призму традиции русской философской мысли второй половины XIX – первой половины ХХ вв. Рассматриваются различные фигурирующие в исследовательской литературе интерпретации понятия «патриотизм», выделяются его характерные черты в качестве традиционной ценности современной России. Для осмысления природы и сущности патриотизма привлекаются концепции русских философов – К.Н. Леонтьева, В.С. Соловьева, Н.А. Бердяева, И.А. Ильина, прямо или косвенно затрагивающие данную проблематику. Рассмотрение варьируется от аналитики соотношения патриотизма с феноменами Родины и народа, обоснования его значимости для человека и общества, до прояснения корреляции патриотизма и национализма, патриотизма и духовности, инстинктивного и духовного патриотизма. В исследовании сделан вывод о преобладании в большинстве концепций русской философии взглядов на патриотизм как на явление духовной и нравственной природы. Интерпретация патриотизма через призму нравственности и духовности признана значимой для современной России. Привлечение богатого опыта русской философии способствует прояснению сущности патриотизма, его обоснованию в качестве нравственного ориентира и традиционной ценности.

Аннотация: Указывается, что первые эссе по истории идей А. Лавджоя появились практически одновременно с его первыми философскими исследованиями. Отмечается, что история идей аргументировала два важнейших философских предположения Лавджоя: во-первых, идеи существуют и оказывают влияние на ход истории и мысли; во-вторых, человек использует идеи в целях упорядочивания мира. Выявляя сложность и противоречивость мысли Руссо, Лавджой дискутировал с наиболее распространённой примитивистской интерпретацией мысли философа Просвещения и отводил ему важное место в развитии эволюционных и антипримитивистских представлений.

Аннотация: В статье раскрывается основное содержание конструктивистской теории научного познания как новой эпистемологической концепции, альтернативной трем господствующим парадигмам в объяснении природы научного познания и его специфики: 1) материалистической трактовки научного познания как адекватного отражения сознанием объективной реальности; 2) позитивистской концепции научного познания как рационального обобщения данных наблюдения и эксперимента; 3) рационально-априористической теории специфики научного познания как «распаковки» сознанием и мышлением содержания имманентно присущих чувственному познанию и мышлению общих положений и установок по применению к познанию объективной реальности. На материале истории науки и технологии современного научного познания раскрывается несоответствие классических эпистемологических концепций реальной истории науки и ее современному состоянию. Показывается наилучшее соответствие реального процесса научного познания только конструктивистской эпистемологии. Вместе с тем, реконструируются онтологические, гносеологические и социальные основания конструктивистской эпистемологической парадигмы.

Аннотация: Статья посвящена критике традиционализма в учение известного мусульманского реформатора Джамал ад-Дина ал-Афгани (1838–1897) и анализу его вклада в формирование реформаторского дискурса конца XIX – начала XX вв. Автор рассматривает ал-Афгани как ключевую фигуру мусульманской Нахды, чьи идеи стали интеллектуальной основой для обращения мусульманского мира к проблемам модернизации, науки и соотношения разума и религии. Центральное внимание уделено его критике таклида – слепого подражания авторитетам, которое ал-Афгани считал главным источником стагнации уммы. В противоположность таклиду он продвигает принцип иджтихада как творческого осмысления исламского учения в соответствии с вызовами современности. Статья показывает, что критика ал-Афгани была направлена не только против классической доктрины таклида, но и против её трансформации в рамках ваххабизма, где подражание стало пониматься как возврат к «чистоте» первых поколений мусульман. Ал-Афгани отвергал идею буквального следования салафам и противопоставлял ей концепцию «асли» – подлинной рациональной сущности ислама, исторически воплощённой в эпоху Аббасидов и творчестве философов вроде Ибн Сины и ал-Фараби. В этом контексте автор подчёркивает обращение ал-Афгани к исламской философской традиции как к аутентичному источнику модернизации, альтернативному как западной секулярной модели, так и консервативному традиционализму улемов. Особое место в статье занимает анализ отношения ал-Афгани к современным наукам. Он считал науку универсальной и лишённой конфессиональных границ, критикуя искусственное разделение на «исламские» и «европейские» науки. При этом он отстаивал необходимость интерпретации Корана в духе рациональности, что делает ислам потенциально совместимым с современными ценностями и прогрессом. В заключение автор подчёркивает историческую значимость ал-Афгани для дальнейших реформаторских течений и его влияние на мыслителей Абдо, Рашида Риду и Икбала, а также обозначает его стратегию как «срединный путь» – синтез традиции и модернизации, ориентированный на обновление исламской цивилизации без утраты её идентичности.

Аннотация: В статье представлен теоретический анализ культуры безопасности в качестве ключевого социокультурного феномена эпохи позднего модерна. Автор последовательно аргументирует тезис о недостаточности и редукционизме традиционных подходов к безопасности, сфокусированных на государственном суверенитете и военно-политических механизмах. Утверждается, что в условиях структурной неопределённости, гибридных угроз, цифровой трансформации и глобализации рисков безопасность необходимо переосмысливать как сложный, многомерный конструкт, формируемый в процессах коллективного смыслопорождения, коммуникации и повседневных практик. Целью работы является концептуализация культуры безопасности в качестве автономного объекта социальнофилософского анализа и разработка интегративной теоретической модели, синтезирующей ключевые положения теории риска Ульриха Бека, теории коммуникативного действия Юргена Хабермаса и философии повседневности Мануэля Кастельса. Научная новизна исследования заключается в преодолении разрыва между макротеоретическим анализом безопасности и микроуровневым изучением повседневных практик, а также в демонстрации эвристического потенциала синтеза этих теорий для построения целостного понятия «культура безопасности». В результате проведённого анализа обоснована трёхуровневая структура культуры безопасности, включающая в себя: 1) рисковую рефлексию как способность общества к критическому осознанию системных угроз и отказу от иллюзий абсолютного контроля; 2) коммуникативную легитимацию как процедурно-диалогический процесс установления и признания норм безопасности в публичном пространстве; 3) повседневную рационализацию как практическую компетенцию индивидов и групп по адаптивному конструированию безопасности в условиях сетевой фрагментации опыта. Автор приходит к выводу о том, что предложенная модель позволяет трактовать культуру безопасности не как набор внешних предписаний или идеологических установок, а как динамический диспозитив (в фукианском смысле), в котором переплетаются глобальные процессы производства рисков, институциональные формы коммуникации и микроуровень повседневного социального опыта. Культура безопасности, таким образом, предстаёт в качестве онтологического императива и условия возможности устойчивого развития социума в контексте перманентной нестабильности и множественности угроз.

Аннотация: Рассматриваются угрозы, возникающее для культуры России в условиях интенсификации процессов цифровизации. Особый акцент делается на анализе противоречий, возникающих, с одной стороны, при современной установке на осознание России как государства-цивилизации, развивающегося на основе самобытного культурного кода, опирающегося на традиционные ценности, а, с другой стороны, наличие доминирования в цифровом пространстве деструк-тивных установок. На основе исторического и компаративного методов анализа выявлены истоки возникающих противоречий. С помощью междисци-плинарного подхода, опирающегося на диалектический и системный принципы проанализирован характер данных противоречий и намечены стратегии их разрешения. Исследован накопленный опыт Китая по построению государ-ства-цивилизации, возможности и ограничения его использования

Аннотация: Статья исследует трансформацию толстовской теории «заражения» искусством в эпоху модернизма через призму рассказа М. Кузмина «Высокое искусство» (1910). Анализируется критика Кузминым двух форм «заражения»: 1) прямого эмоционального воздействия (догматического «пафоса») и 2) опосредованного «заражения шумом» (празднословия эпохи). Через сопоставление с философией Л. Витгенштейна (концепция языковых игр и критика символизма) и психологией искусства Л. Выготского выявляется осцилляция символиста между этими неадекватными моделями. Формулируется постсимволистская «формула ответственного знака», противостоящего как догме, так и шуму. На примере поэтики умолчания у Кузмина и инкорпорации текста у Б. Пастернака («тетрадь Живаго») прослеживается эволюция от критики к синтезу: искусство как учреждение новой языковой игры и формы жизни. Делается вывод о переходе от модели прямой коммуникации (Толстой) к модернистской модели искусства как созидания автономных, жизнеутверждающих языковых практик.

Аннотация: Проводится анализ механизмов трансляции знания в условиях динамичного развития нейросетевых технологий. В фокусе оказываются методологические принципы передачи знания, теоретическим конструктом которых становится эстафетная модель М.А. Розова. Знание, рассматриваемое как социальная программа, формируемая и совершенствуемая в процессе совместной деятельности сообщества, дискуссий и обмена опытом, не ограничивается простым набором фактов и данных, но включает в себя нормы, ценности, методы исследования, традиции как неотъемлемую часть своей сложной структуры. Нейросети будучи новыми и принципиально отличными участниками знаниевых эстафет способны эффективно обрабатывать информацию, оставаясь ограниченными рамками формальной репрезентации. Машинное «знание» оказывается лишенным интенциональности, необходимой для глубокого понимания контекста, что порождает риск сведения смыслов до поверхностной совокупности паттернов. Особое внимание уделяется проблеме скрытого нормирования, когда нейросети воспроизводят устоявшиеся дискурсивные модели, лишая интеллектуальное пространство возможности критической переоценки. Для современного университета, столкнувшегося с пересмотром содержания наличных образовательных практик, учитывая экспансию нейросетей, актуализируется тема наличия философского фильтра, показываемая сквозь призму курса «Логика и критическое мышление». В заключении отмечается, что широкое использование нейросетей настойчиво требует раскрытия вопросов продуцирования знания в рамках обновленной цифровой среды.

Аннотация: Автор статьи изучает эволюцию представлений Н.А. Бердяева на всемирно-историческое значение идеи сверхчеловека Ф. Ницше. По мнению автора, эта она прошла два этапа. На первом этапе, этапе формирования мировоззрения Бердяева, ницшевская идея сверхчеловека им воспринималась позитивно и в контексте этики кантианства. На втором этапе, этапе христианского философствования, Бердяев относился к ней неоднозначно, в основном критически, но не всегда негативно.

Аннотация: В статье обосновывается идея о незнании как стратегическом ресурсе, способном оказывать существенное влияние на развитие социально-политических институтов, экономических стратегий и культурных процессов. Такой подход подразумевает переосмысление традиционных представлений о знании как главной ценности и источнике власти, а также выявление потенциала незнания как инструмента стратегического манипулирования, формирования альтернативных сценариев развития и создания условий для инновационного мышления. В основании исследования лежит гипотеза о том, что незнание может быть не только результатом ограниченности информационной среды или наличия когнитивных барьеров, но и сознательным инструментом, используемым для достижения стратегических целей. Можно ли себе представить такой мир, где не знать чего-то – вовсе не слабость, а стратегия? Современная реальность подталкивает нас именно к такому понимаю. В эпоху, когда информация льётся потоком, а её объёмы растут как снежный ком, умение управлять незнанием превращается в ценный навык – как для политика, так и учёного, и бизнесмена. Стратегическое незнание – это не случайная неосведомлённость. Это сознательный выбор: умолчать, проигнорировать или даже разыграть «незнание» там, где каждый в принципе мог бы знать. С какой целью? Чтобы получить дополнительный рычаг влияния. В условиях глобальных кризисов, социальных потрясений и экологических катастроф абсолютное знание становится иллюзией, а управление неопределенностью – ключевым навыком для выживания и развития. В этом смысле стратегия незнания – это не отказ от знания, а умение управлять границами знания, использовать его как инструмент для создания новых сценариев и избегания предсказуемости со стороны своих оппонентов или обстоятельств.

Аннотация: Антонио Негри (01.08.1933–16.12.2023), будучи философом-марксистом, рассматривал время с позиции диалектического материализма, стремясь не исключать из рассуждений пространство. По его мнению, искусственная дискретизация данных категорий ведет к идеализму и невозможности определения пространства и времени в качестве атрибутов и основных форм существования материи. Признавая взаимозависимость и объективный характер пространства и времени, Негри выделил ряд модусов темпоральности, учитывающих трансформацию общественных и производственных отношений в условиях современного капитализма. В статье предпринимается попытка систематизации идей Негри через сопоставление его концепции с классическими и современными теориями времени. В частности, анализируется преемственность взглядов Негри по отношению к трудам К. Маркса, Ф. Энгельса и В.И. Ленина, а также проводится сравнительный анализ с онтологией М. Хайдеггера и Ж. Делёза, политической философией Х. Арендт, концепцией «производства пространства» А. Лефевра и эстетикой В. Беньямина. Особое внимание уделяется категории праксиса как инструменту интенсификации исторического времени и источнику субъективации социального бытия.

Аннотация: Статья посвящена выявлению актуального содержание принципа ценностной нейтральности в современном социально-гуманитарном познании. При этом учитываются особенности и когнитивная ситуация в современном социально-гуманитарном познании. Методология и источники. Методологической базой исследования выступила концепция научных парадигм, разработанная В.С. Степиным. Также в работе использован анализ, синтез, конкретизация, обобщение, систематизация. Результаты и обсуждение. В работе приводятся характерные черты и обозначена современная когнитивная ситуация в социально-гуманитарном познании. Дается определение оценочных суждений, обосновывается их неизбежность в науке. Рассматривается текущее понимание принципа «ценностной нейтральности». Актуализируются содержательные характеристики принципа ценностной нейтральности для его практического применения в качестве дополнения оценочных суждений и одного из критериев качества научного поиска в современном социально-гуманитарном познании. Заключение. Текущая когнитивная ситуация в современном социальногуманитарном познании требует понимания и интерпретации дефиниции «оценочные суждения», выявления сущности принципа ценностной нейтральности для идентификации перспективности его практического применения. Актуальность принципа ценностной нейтральности ограничена устаревшим его пониманием, но он может получить содержательные характеристики, адекватные современному этапу развития общества.

Аннотация: Иван Ильин – очень известный русский мыслитель XX в., который большую часть жизни прожил в изгнании в Германии и в Швейцарии. Ильин любил Россию и не принял революцию в 1917 г. В центре внимания статьи – работы Ильина, написанные в период 1939-1949 гг. Главные его события отражаются в публикациях философа того времени и пронизаны его личным восприятием исторических событий и переживаниями. Как Ильин относился к большевистскому режиму и коммунистической идеологии? Почему он ненавидел и критиковал левый и правый тоталитаризм? Как русский философ представлял себе политическое будущее России после освобождения от большевизма? – об этом пойдет речь в данной статье.

Аннотация: В последние годы Российская Федерация столкнулась с беспрецедентным внешнеполитическим давлением, которое проявляется как в посягательствах на территориальную целостность страны, так и в нападках на сферу духовной культуры и национальное самосознание. В соответствии с этими вызовами в стране активно включаются в образовательные программы материалы, призванные формировать у подрастающего поколения знания собственной истории и уважение традиционных для российского государства духовных ценностей. Осмысления наследия отечественных философов содержит огромный потенциал для воспитания цельной и ответственной личности, что непременно должно учитываться при формировании социально-гуманитарного ядра высшего образования. Рассматриваются философские рассуждения Георгия Петровича Федотова по вопросам, связанным с культурой, цивилизацией, отечественной историей и национальной идентичностью. В ходе исследования были использованы историко-философский и компаративный методы. Авторы приходят к выводу, что, согласно представлениям Федотова, смещение приоритетов с духовного развития личности на слепое следование научно-техническому прогрессу приводит к стагнации культуры и катастрофическим последствиям, выход из которых состоит в восстановлении традиционного воспитания и образования. Статья акцентирует сохраняющуюся актуальность философского наследия Г.П. Федотова для осмысления вызовов глобализации и перспектив духовного возрождения России.

Аннотация: Представлена проблема нормы и ненормального на примере лекций М. Фуко 1975 г., под общим названием «Ненормальные», в которых мыслитель, пятьдесят лет назад, начинает свой переход от проблемы безумия к проблеме власти. Автор придает этим вопросам философское и культурологической содержание, отказывая психиатрии в единоличном праве на владение нормой и безумием, тем самым заложив основы понимания проблем нормы и ненормального как постструктуралистских. В работе также представлены исследования современных авторов, в основе работ которых позиция М. Фуко сохраняет свою актуальность и получает новый смысл и интерпретацию. В заключении автор приходит к выводу о возможности и необходимости развития учения Фуко на материале современного общества.

Аннотация: Статья посвящена анализу политико-правовых концепций двух ключевых фигур русской религиозной философии начала XX в. – С.Л. Франка и Н.А. Бердяева. На фоне исторического кризиса европейской цивилизации, революционных потрясений и возникновения тоталитарных режимов оба мыслителя разработали персоналистические философские системы, в которых личность рассматривается как высшая духовная ценность, несводимая ни к государству, ни к обществу, ни к коллективным целям. Статья показывает, что при общей персоналистической ориентации и единой критике политического абсолютизма, С.Л. Франк и Н.А. Бердяев расходятся в фундаментальных онтологических и антропологических основаниях, что приводит к двум альтернативным моделям соотношения личности и государства: «органически-правовому персонализму» С.Л. Франка и «экзистенциально-эсхатологическому персонализму» Н.А. Бердяева. Анализ этих двух парадигм позволяет выявить глубокие ценностные основания политико-правового мышления и предложить новые перспективы для осмысления взаимодействия человека и государства в условиях современности.